Новости сайта

Верховный суд вспомнил о персональных данных

 
Изображение пользователя Марат Авдыев
Верховный суд вспомнил о персональных данных
от Марат Авдыев - Среда, 11 Май 2016, 23:26
 

Бумаги и кредитыДо этого он с олимпийским спокойствием наблюдал, как коллекторы "кошмарят" мирных граждан. Ведь рядовые граждане говорят не мой долг продали, а меня продали, словно речь идет о крепостных.  Напомним, что банкиры и коллекторы имели собственный "ключик" от исполнительного производства, которым стали злоупотреблять. И как говорится: пошалили -  хватит. 


Продали долг коллектору 


15 ноября 2007 г. Пачинским Р.Ю. и ОАО «Промсвязьбанк» (далее - Банк) заключен кредитный договор № (далее - кредитный договор), по условиям которого Банк предоставил заемщику денежные средства для покупки автомобиля, а заемщик в срок до 15 ноября 2012 г. обязался оплатить основной долг и проценты за пользование кредитом в размере 14,5 % годовых. Обеспечением исполнения обязательств Пачинского Р.Ю. по кредитному договору являлся залог транспортного средства и поручительство Пачинской А.Б. 3 августа 2011 г. между Банком и ОАО «Первое коллекторское бюро» заключен договор уступки прав № , в соответствии с условиями которого к ОАО «Первое коллекторское бюро» перешли права к должникам Банка, поименованным в приложении № 1 к договору уступки прав, в том числе к Пачинскому Р.Ю. 


Отказывая в удовлетворении иска, 

суд первой инстанции исходил из того, что согласие Пачинского Р.Ю. на передачу третьим лицам прав требования по заключенному кредитному договору получено не было, поскольку согласование возможности передачи информации по кредитному договору, заключенному с Пачинским Р.Ю., являлось нарушением банковской тайны. Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя иск ОАО «Первое коллекторское бюро» в полном объеме, судебная коллегия не согласилась с этим выводом суда первой инстанции. Кроме того, суд апелляционной инстанции отклонил заявление ответчиков о применении исковой давности к заявленным требованиям, указав, что срок исковой давности по данному делу подлежит исчислению в пределах трех лет со дня окончания срока кредитного договора. 


Выводы суда апелляционной инстанции являются ошибочными 

по следующим основаниям. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17), разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении. 

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Согласно пунктам кредитного договора стороны обязались не разглашать каким-либо способом третьим лицам информацию, содержащуюся в означенном кредитном договоре, его приложениях и документах, представляемых сторонами друг другу, включая персональные данные заемщика, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации и данным договором, в том числе с письменного согласия заемщика или Банка, соответственно, третьим лицам в целях заключения Банком сделок в связи с реализацией прав Банка по договору и (или) обеспечению, включая уступку прав требования. 

Из буквального толкования указанных выше пунктов следует, что разглашение информации третьим лицам о заключенном кредитном договоре в 4 связи с уступкой Банком прав требования третьим лицам допускалось или с письменного согласия заемщика, или с письменного согласия Банка. При этом кредитный договор в пункте 8.3.4.3 не содержал каких-либо положений о том, чье письменное согласие - заемщика или Банка - требовалось при передаче информации в результате уступки права требования Банком третьим лицам. При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции, со ссылкой на пункты кредитного договора, о том, что стороны кредитного договора согласовали порядок уступки прав требования по кредитному договору, включая передачу информации о таком договоре третьим лицам, который исключал необходимость дачи согласия на такую уступку со стороны заемщика, нельзя признать правильным. Иные пункты кредитного договора приведены не 

были. 

Напомнили о сроках давности

Кроме того, судом не было учтено следующее. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Кодексом и иными законами (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений). По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений). 


Перемена лиц ничего не меняет


В соответствии со статьей 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. В соответствии с условиями кредитного договора Пачинский Р.Ю. обязывался производить платежи в счет погашения своих обязательств перед Банком согласно графику, являющемуся приложением к кредитному договору, которым предусмотрена оплата кредита по частям, ежемесячно, в определенной сумме. В связи с этим вывод суда апелляционной инстанции о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям подлежал исчислению с момента окончания срока действия кредитного договора, то есть с 15 ноября 2012 г., не основан на законе. 


Допущенные нарушения норм права являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителей, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии . . . подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в целях соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья б1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с нормами закона. 

Резюме

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила : апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Дело №14-КГ15-27  Опредедение ВС РФ от  15 марта 2016 г.