Предложения по развитию медиации, включая восстановительный подход в России

Содержание материала

Эти предложения мы направили в Министерство Юстиции РФ, министру Коновалову А. В. накануне визиты нашего научного консультанта доктора социальных наук, проф. Людмилы Александровны Осьмук в Москву. Надеемся на положительную обратную связь.  За свою без малого пятнадцатилетнюю деятельность специалистами Центра было урегулировано примерно полторы тысячи конфликтов, из них — лишь около сотни с семейных конфликтов с участием детей / школьных конфликтов.

Такой достаточно скромный показатель отражает сложности становления новой социальной технологии конфликто-разрешения в России. Тем не менее, некоторое обобщение можно сделать в следующей таблице:

 

Табл 1

№ п/п

Группа

Характерные черты

Методы профилактики / управления конфликтов

1

Школьные конфликты: моббинг, буллинг1

Моббинг «травля» группой одноклассника), Буллинг обозначает преследование «один на один». Характерно что на «вакантное» место всегда находится новая «жертва», что означает нездоровую атмосферу в коллективе класса либо школы.

Открытое обсуждение проблемы с участие одноклассников, классного руководителей и родителей. Написание школьного «сочинения если бы на его месте был я . . .»

Здесь хорошо применим технологии кругов примирения с участием школьного психолога-педагога или медиатора.

2

Бракоразводные конфликты

Обычно наиболее сложную часть в таких конфликтов играют отношения бывших супругов с детьми, психологические травмы, причиняемые ребенку в результате прекращения брака.

Рекомендации: Предоставление базовой информации о медиации, работа с представлениями сторон о конфликтной ситуации и ожиданиями, зачастую иллюзорными о судебных перспективах разрешения спора.

3

«Династические» конфликты

Конфликты, «наследуемые» из поколения в поколение, либо между представителями разных поколений с силу трансформации традиционных ценностей.

Осень сложно разрешимые конфликты с позиции судебного подхода. Обычно эскалация недоразрешенного конфликта происходит на новом витке, как правило с большей силой. Метод разрешения — медиация, работа с предубеждениями и дискурсивными позициями сторон.

4

Соседские конфликты

Обычно возникающие между соседями домов, дачных участков, квартир в силу с разного культурного уровня социального положения и др.

Характерная черта этих конфликтов — эволюция в области «белых пятен» действующего законо-дательства2. Методы работы:

отказ от сугубо юридического подхода и понимание конфликтной ситуации в целом, рекомендуется медиация.

5

Расовые конфликты

Конфликты, связанные с причинением расового оскорбления, либо комплексный конфликт, в котором тесно переплетены элементы мультикультурных, многоконфессиональных отношений и обычаев.

В практике Центра и его партнеров такие конфликты возникали в школе и ВУЗе, где обучаются представи-тели самых разных этносов. В силу продолжающейся социализации учащихся, многие из них еще как следует не представляют себе деструктивные последствия девиантного поведения.

Метод: профилактическая работа, предупредительные шаги, использование восстановительных и иных международных техник и стилей медиации3.

6

Семейно-потребительские конфликты

К этой группе можно отнести конфликты, связанные с недостаточной финансовой грамотностью, инфантиль-ностью, когда родители выплачивают долги детей перед банками, частными лицами, при этом возраст детей - от 18 до 40 лет.

Метод предупреждения: потребительское и финансовое просвещение, а также меры, направленные на наискорейшую социализацию подрастающего поколения. Возможно судебное оспаривание банковских кредитов (важно чтобы такое решение вырабатывалось детьми а не опекающими их родителями).

7

Правозащитная деятельность медиатора

Группа включает конфликты, связанные с депривацией базовых социальных прав.

Специфика деятельности медиатора в России имеет свои особенности. См. Комментарии.

1Психолог и ученый-медик, доктор Ханц Лейман впервые провел исследование такого явления на рабочих местах в Швеции в начале 1980-х. Он назвал такое поведение моббингом и охарактеризовал его как «психологический террор», который включает «систематически повторяющееся враждебное и неэтичное отношение одного или нескольких людей, направленное против другого человека, в основном одного»

2Юристы употребляют также термина «правовая лакуна», когда в определенной сфере социальных отношений отсутствует нормативное регулирование и зачастую также отсутствует судебный прецедент.

3В «Базовом курсе медиации», рекомендуемом Приказом Минборнауки РФ 187 от 14/02/2011 неявно заложена поэтапная модель медиации, ориентированная на выявление и работу с интересами сторон. В расовых конфликтах более уместны нарративная и преобразующая (трансформативная) модель медиации.

Как видно из изложенной таблицы 1, конфликт - это многоаспектное явление, и любая классификация конфликта связана с выделением только некоторых его элементов. Важно отметить, что в практике Центра были лишь единичные случаи т. н. «криминальных» конфликтов, когда наступает уголовная ответственность несовершеннолетнего либо даже идет речь об участии малолетнего ребенка в уголовном деле в качестве подозреваемого либо свидетеля (например инкриминируемый поджог соседнего дома в результате неосторожного обращения пятилетнего мальчика с огнем). Тем не менее, даже в этих случаях выявился острый дефицит опытных педагогов-психологов, способных работать с детьми в сложной жизненной ситуации. Так например, сотрудники следственных органов учинили трехчасовой допрос пятилетнего мальчика - «поджигателя» угрожая разлукой с его матерью, после чего вынесли постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, где указали в качестве первопричины пожара именно действия этого мальчика. После этого отказной материал1 лег в основу гражданского иска соседей к родителям мальчика о возмещении ущерба. Разумеется говорить о легитимности доказательства, полученного с грубейшим нарушением процедур допроса малолетнего свидетеля, без участия педагога-психолога, с оказанием психологического давления не выдерживает критики с позиции Закона2, но изложенный случай лишь иллюстрирует необходимость наискорейшей реформы следственных органов и самой судебной системы.
Касаясь стр. 7. таблицы 1, связанной с правозащитной деятельностью медиатора, важно отметить, что сама квалификации правозащитной деятельностью как особенностей или российского «диалекта» медиации является спорной с методологической точки зрения. Вместе с тем, опираясь на доклад Уполномоченного по правам человека РФ по итогам 2013 года3, можно отметить массовое нарушение социальных прав россиян (семейные права, жилищные, трудовые, в сфере получения образования, социальных выплат, базовых экономических прав). Поэтому российский медиатор на практике в подавляющем большинстве случаев сталкивается с диспаритетом сил сторон спора с силу избыточного вмешательства госорганов в частные конфликты либо использования пресловутого «административного ресурса» самими конфликтующими. Медиатор должен быть нейтральным по отношении к сторонам спора, но бескомпромиссным по отношению к нарушению Закона. Эта мысль была высказана Людмилой Михайловной Карнозовой на научной конференции в Новосибирске, проводимой в НГТУ при поддержке кафедры социальной антропологии4 в середине мая 2014 г. применительно к восстановительному подходу в сфере криминальных конфликтов, но ничему не противоречит экстраполировать этот вывод, равно как и сам восстановительный подход также и на некриминальные конфликты. В целом можно заметить ограниченность классификации уголовный — гражданский в таком сложном многоплановом явлении как социальный конфликт, особенно в период стремительных изменений общества по закону геометрической прогрессии (и только люди по наблюдению, Альберта Эйнштейна, «продолжают мыслить линейно5, привычным способом»6).


Возвращаясь к представленной выше таблице, добавим, что силами выпускников Центра были урегулированы самые разные острые социальные конфликты, включая конфликты на расовой почве, конфликты пациентов с медицинскими учреждениями, конфликты в сфере потребительского кредитования с нейтрализацией угроз со стороны недобросовестных банков и микрофинансовых организаций и приглашением на медиацию, инициируемую в рамках судебного процесса7. Зачастую наряду с примирительными процедурами, Центр осуществляет правозащитную деятельность граждан на льготных условиях или бесплатно - pro bono (буквальный перевод с лат. «на благо общества»). Кроме того, Центр выплатил компенсацию клиенту услуг медиации за действия недобросовестного партнера, который был исключен из числа медиаторов Центра за грубейшее нарушение кодекса профессионального поведения (обман пользователя услугами медиации).

Отмечая шаги, направленные на развитие судебной медиации хотелось бы отметить определение арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-4187/2012, которым было утверждено медиативное соглашение по конфликту точечной застройки, достигнутое при посредничестве медиатора, обученного онлайн по программе Центра.