Почему семейным конфликтам - не место в суде?

Содержание материала

Определимся с подсудностью и подведомственностью


Заметим, что в случае отсутствия несовершеннолетних детей брак может быть расторгнут по взаимному согласию в органах ЗАГС. Однако согласия Валентин Валентине не давал, надеясь что она не только «простит его», но и «ещё будет извиняться за выставление на улицу». В качестве обеспечения компенсации за причиненное беспокойство со стороны супруги, Валентин удерживал таун-хаус, два автомобиля, гараж, дачу — имущество нажитое в период его брака с Валентиной. Валентина была вынуждена подать иск в мировой суд о расторжении брака и суд её требования удовлетворил. Судьям «удобнее» сначала расторгнуть брак в мировом суде, затем рассмотреть иск по месту жительства ответчика. Валентин проживал в Левобережном районе города, а Валентина — в Правобережном. Поэтому Валентина подала иск по месту жительства бывшего супруга — в районный суд Левобережного района, Валентин же подал иск в районный суд Правобережного района по месту жительства Валентины, хотя его иск также вытекал из-за раздела имущества нажитого в период брака.

 

 

В соответствовать со ст. 33, 34 СК РФ, 256 ГК РФ имущество, нажитое за период брака, является общим имуществом. При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными — ст. 39 ГПК РФ. Валентина просила присудить компенсацию согласно п. 3. ст. 38 СК РФ, которая гласит: при разделе общего имущества супругов суд по требованию супруга определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

Валентина решила потребовать денежную компенсацию в размере даже чуть менее половины стоимости нажитого за период брака имущества. Для этого Валентина была вынуждена заказать весьма недешевую оценку недвижимости, автомобилей, гараж, дачи. Кроме того, она указывала на алиментные обязательства Валентина на содержание трех дочерей от первого брака, в ущерба общего бюджета семьи, а также сослалась на отказ Валентина продолжить оплату учебы дочери Алёны до окончания университета. Ведь несмотря на совершеннолетие, выбор учебного заведения и решение о получении дочерью высшего образования принималось супругами и дочерью совместно, а следовательно супруги должны в равных долях разделить бюджет расходов.

Валентин не являлся на судебные заседания, не подавал отзыв либо встречный иск. Он просто заявил иск о признании имущества совестной собственностью супругов и разделе, требуя половину дома унаследованного Валентиной от родителей. Заметим, что имущество, полученное в наследство не относится к понятию нажитого в период брака — ст. *** ГК РФ.

В поисках Соломонова решения


Валентин определенно стремился насолить Валентине, избрав тактику «выигрыш — проигрыш», и активно способствовал этому адвокат, представлявший его интересы. Он приложил к своему иску отчет об оценке стоимости имущества без проведения осмотра дома Валентины (нарушение объективности и Федеральных стандартов оценки). Согласно ст. 37 ГПК РФ Имущество каждого из супругов может быть признано их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого иму ества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).
В Отчете констатировалась лишь рыночная стоимость дома Валентины, однако не была была дана оценка вложения, значительно увеличивающие стоимость этого дома и не было характеристик, объясняющих характер этого вложения, а именно идет ли речь о капитальном ремонте, реконструкции, переоборудовании либо просто о таком ремонте дома который необходим для его надлежащего содержания. Заметим, что для соблюдения требований ст. 37 ГПК РФ Истцу необходимо представит суду сведения о стоимости дома до трудового вклада Валентина и после. Между тем, в отчете не было об этом ни слова .Ситуация была искажена так, словно не Валентина получила дом в наследство от родителей, а как будто бы её супруг Валентин построил дом своими силами и средствами буквально от фундамента до крыши!
И тем не менее судебные ошибки возможны. Обилие документов, экспертиз, напористость адвоката сыграли решающую роль. Иск был принят в районном суде Правобережного района, несмотря на наличие спора между теми же сторонами, о том же предмете в районном суде Левобережного района

А если медиация?

На этой стадии бывшие супруги сделали попытку урегулировать спор при помощи медиации. Но переговоры быстро зашли в тупик, поскольку Валентин очень рассчитывал на «победу» в суде. Конфликт продолжился. (В немалой степени способствовали этому адвокаты обеих сторон).
Представим в себе, что оба иска в судах будут удовлетворены: Валентин взыщет с Валентины несколько миллионов рублей в районный суде Правобережного района, а Валентина - столько же миллионов взыщет с Валентина в районном суде Левобережного района. Далее любая из сторон сможет уведомить другую о проведении зачета: для этого достаточно заявления одной из сторон (ст. 409 ГК РФ). В результате никакой раздел имущества фактически не произойдет: но два решения суда будут вынесено! Кто же будет принимать решение по существу? Подводить так сказать «итоговый» баланс? Выходит, что без медиации и обсуждения конфликта по существу судебные акты просто оказываются бесполезными.
Также как в случае корпоративного спора сложно урегулировать конфликт, когда число исков приближается к десятку и более, раздел имущества одной семьи в разных судах легко заводит в тупик. Имеет смысл отозвать все иски и заключить соглашение. А продолжение судебных споров лишено всякого смысла, разве что, за исключением не совсем этичного обогащения представителей сторон.


Есть прецеденты, когда суд делит каждый объект недвижимого имущества разводящихся супругов пополам. Вроде бы законное решение, однако навряд ли в этой ситуации со-собственники смогут прийти к согласию простительно управления общим имуществом.